17 июля 2025

Сегодня у соседей был скандал: дядя Коля решил обрадовать жену десертом и попытался испечь круасаны. По какой-то, ведомой только ему причине, замесив тесто из бумажных салфеток, он чуть не устроил пожар. Валентина Сергеевна — женщина с тяжелым характером и не менее тяжёлой рукой, схватившись за зонтик, гнала провинившегося романтика, аж до соседнего двора.

На вечернем консилиуме, среди бабушек облепивших лавочки, Валентина держала главное слово и судя по разговорам, будущее Николая было мрачным.

Это лето какое-то необычно жаркое. Мозг будто плавится, вечер не радует долгожданной прохладой, спасает только баночка чайного гриба из холодильника и сквозняк. Сидя у открытого окна, можно послушать судебный процесс над соседом.

Я чего пишу-то? В последнее время, я стал хуже различать события дня, а ночью погружаюсь в такие насыщеннее сны, что хотелось бы остаться там. Терапевт советует вести дневник, будто бы эта практика поможет мне структурировать день и закрепить своё существование.

19 июля 2025

Скучно, в голове звенит пустота. Очередной жаркий день, даже детей не слышно на площадке. Все заперлись по квартирам и только кондиционеры жужжат.

Саню — единственного моего друга, госпитализировали еще неделю назад. Мама говорит: острый психоз. Звучит сомнительно, всё же для устройства в органы нужна крепкая психика, да и я не замечал никаких странностей в его поведении.

К вечеру бабушки затянули очередной раунд разговоров про Колю, нравится им жевать это. Сам Николай пока не вернулся, Валентина довольствуется одиночеством.

Во сне я был рабочим мужиком, косил траву и надеялся поскорее закончить со своим участком, пока Полудница не пришла.

20 июля 2025

Сегодня выполз на улицу, погода стала чуть мягче. Мама попросила отнести банку подруге, сама почему-то не может. Хороший воскресный день, чего бы не прогуляться?

В соседнем дворе детишки устроили похоронный ритуал: трое парней несут плюшевого мишку, каждый держит за лапу, четвёртой нет, видимо он не оправился после травмы. Девочки сбились все вместе и плачут, а внук Валентины мастерит крест из веток.

Во сне я гулял с коляской по улице Горького. Дороги утопали в желтой листве, а на домах развешаны красные знамёна. Видел что-то похожее в семейном фотоальбоме.

23 июля 2025

Никто, никто не вспомнил, даже родная мать, ненавижу! Лежит на своём диване и только просит: дай хлеба, дай молока, принеси пульт, убери за кошкой. Откуда у нас эта кошка? Видимо притащила с помойки.

Хотя бы Саня навестил к вечеру, принёс пиццу, пива. Рассказывал, что группа мужчин напала на двух патрульных: забрали рацию и скрылись в ближайшем лесопарке.

24 июля 2025

Рано утром мама ворвалась в комнату, стала раскидывать мои тетради, в поисках дневника. Едва успокоившись, она заплакала, просила прощения и уговаривала показать дневник, якобы там заперта её мысль.

Этой ночью был красочный сон: я сидел в гараже, с друзьями. Григорьич принёс настойку по своему новому рецепту, вкус обалденный, с кислинкой. Лёха сказал что знает, где нужно искать секретного жука, хлопнув по стопке мы отправились за ним.

Вечером, как жара спала, на улицу вышла Валентина с охапкой бумажек, которые принялась расклеивать, на домах и столбах. Выйду, посмотрю.

«Психотропные маркеры облысения и другие факторы социального терроризма», ещё приписка мелким шрифтом: «Кто-нибудь видел Николая Севина? Вышел из дома за сигаретами и не вернулся.»

Прогулялся по району, лавочные бабушки больше не ругаются, но тихо сидят, осматривая прохожих. Надеюсь прогулка поможет спать лечь пораньше.

26 июля 2025

Вчера было не до записей: мама впустила дядю Колю к нам, вся его одежда была в грязи. Он заперся в кладовке и просил не говорить никому об этом, на кону его жизнь. Никакие уговоры не помогли вытащить его.

Сегодня всё хорошо, Николай остыл. Я провожу время за просмотром сериала про черепах.

Мама шумит на кухне, звенит стекло и течёт вода. Надеюсь не придётся сегодня выходить, от жары деревья теряют листья и будто бы тают к основанию. Очень хочется пить.

27 июля 2025

Не удалось вчера закончить запись, мать стала ломиться в дверь и умолять остановится. А теперь не могу вспомнить, что там было дальше. Скорее бы осень, тогда смогу вернуться в родную общагу, подальше от матери.

Сегодня нужно отнести уже не одну банку, а несколько, все для каких-то подруг мамы. Пойду вечером, сейчас на улице никого нет, страшно как-то.

Пришла Валентина, с кастрюлей супа, занесла её в кладовку. Разве Коля не остыл? Саня говорит не думать об этом. Они с мамой о чем-то шептались на кухне, на меня не обращают внимания.

Решил перечитать записи, а то какой смысл в дневнике?

Перечитал, замечаю что-то странное. Куда делись пропущенные дни? Я не помню этого. Врач упоминал, что нужна стабильность. Придется использовать эти дни сейчас, а то нельзя жить без дней.

18 июля 2025

Отлично запомнил сон. Я участвовал в каком-то боестолкновении, наша армия вела наступление, я шел в авангарде, пока не упал. Осознание взрыва пришло уже после.

Вчера разнёс чертовы банки, что же она в них наливает? Хорошо, что подруги живут в ближайших домах.

К десяти часам послышался шум из кладовки: Николай засобирался и вышел весь свеженький-чистенький, говорит, что в гараж нужно, встретиться с мужиками.

Погода сегодня радует — стало немного прохладней. Мама предложила прогуляться до парка.

Саня на транквилизаторах почти не разговаривает, но мы занесли ему гостинцев.

21 июля 2025

Утром не выползал из комнаты, хочется лежать и смотреть в потолок.

Снились ветки, или корни, они окружали меня, как кокон. Сначала я лежал неподвижно, затем смог плыть по каналам и видеть: как птица летит, дети играют в песочнице, готовится суп.

Валентина Сергеевна пришла к нам, хозяйничает как у себя дома.

Очень хочется спать, но гости шумят.

22 июля 2025

Уснул поздно, но проснулся с чистыми мыслями. Из кладовки доносится слабый, монотонный шум, вроде журчания. Пахнет потом и смолой.

Жара продолжает давить, в комнате появились мухи.

На улице играет оркестр. Соседский мальчишка-трубач затянул одну ноту — и за этим звуком весь мир как будто бы схлопывался и разворачивался заново.

28 июля 2025

Во сне видел смерть матери.

Утром вернулся Коля. Вместе с Валентиной и Алексеем они прошли в кладовку и заперлись изнутри.

Кто-то говорит, что люди сбиваются в группы.

Писать тяжело, голова начинает болеть при попытке фиксации окружения. Как будто сам мир сопротивляется мне. Но я замечаю, что тут мне легче. Не уверен в своем существовании между строк.

29 июля 2025

Голова болит.

Уже вечер, соседи пришли и не уходят, дверь моей комнаты — последний рубеж. Саня помогает с едой.

Издавна род наш идёт, несмотря на невзгоды и войны, несёт он память.

Терапевт говорит писать: текст — это память.

Засел в кладовке со своими записями. Пора закругляться, не обижайся.

30 июля 2025

Отличное утро, дождь идёт. Сходи погуляй.

У бабушки день рождения, не забудь навестить её.

Автор: Александр Березкин