Молю о высшем позволении и благословении Тебя, ибо Ты один — наша опора, крепкая как сам фундамент, и надежда, впускающая нас в лоно своё легко и благостно, как двери Твои впускают нас в квартиры. С верою и упованием, беру на душу грех суетного писания и признаюсь я на этих листах в своём дерзновении, желая с этого момента сообщить все его обстоятельства без утайки. Пишу всуе я лишь для того, чтобы на веку кратком моём жильцы не узнали о посягательстве моём, ибо опасаюсь трусливо справедливого гнева их за греховные мысли свои и дела. Пусть и творю их, верую, не по злому наваждению, а лишь по велению сердца и разума своего, которые Ты наполнил исканием. Плохим знатоком натуры жильцов можно назвать того, кто обвинил бы меня в том, что не мог я сомкнуть глаз в ту пору спать. Я лежал, уцепившись за край одеяла, стараясь удержаться за него в бурном водовороте мыслей. Время от времени весь обращаясь в слух, я улавливал лишь как щёлкали секунды, перемежаясь с блаженным храпом моего настав ...

Когда отметка на весах приблизилась к ста тринадцати, Назар решил, что худеть все-таки надо. Даже похвалил себя за то, что не стал больше ждать и откладывать до понедельника, Нового года или ста четырнадцати на весах. Такая решительность, как про себя называл это сам Назар, вселяла веру в успех. Клиника обещала быстрый и стабильный результат без усилий. В обещания хотелось верить хотя бы потому, что кабинет, где проходили консультация, выглядел богато и технологично: небольшой, полностью белый от стен до потолка, с большими кожаными креслами, огромным столом, на котором ультратонкий моноблок, и внушительных размеров плазмой под потолком. А раз кабинет выглядит богато, уверил себя Назар, значит, деньги водятся. Значит, клиенты идут, результат есть. Ерзая в кресле, Назар рассматривал брошюру: «Уникальный метод похудения. Быстрый и стабильный результат. Качество. Гарантия. Успех. Эксперт весопонижения Вайс Л.Ю.». Глянцевый лист разрезала пополам вертикальная линия. С одной стороны х ...

Ключ повернулся в замке с сухим щелчком, словно ломая какую-то древнюю печать. Артём толкнул дверь плечом — она неохотно поддалась, скрипнув на петлях, будто жалуясь на беспокойство. Внутри пахло пылью, затхлостью и чем-то ещё — сладковато-горьким, как засохшая полынь. — Ну что, поздравляю с новым жильём, — сказал за его спиной Дима, переступая порог с двумя картонными коробками в руках. — Дешёво, центр, высокие потолки. Что ещё нужно бедному студенту? — Только чтобы крыша не текла, — усмехнулся Артём, оглядывая прихожую. Квартира была в старом доме с толстыми стенами и немного кривыми полами. Паркет поскрипывал под ногами, издавая разные звуки — то глухие, то резкие, будто под ним были пустоты. Окна выходили во двор-колодец, куда даже днём попадало мало света. Комнаты казались больше из-за почти полного отсутствия мебели предыдущих жильцов. — А почему так дёшево-то, кстати? — Дима поставил коробки на кухонный стол, покрытый жёлтой, липкой от старости клеёнкой. — Хозяин сказал, чт ...